Где-то далеко есть Гриша — и значит, с тобой тоже все в порядке

Сейчас Грише 34 года, он живет в Испании, работает в баре, а параллельно записал мини-альбом в смешанном стиле с песнями на гей-тематику.

Но прежде чем оказаться там, он прошел через вебкам, наркотики, ВИЧ-инфекцию и абьюзивные отношения. Наверное, многие российские геи могут найти сходства своей жизни с его историей — не в деталях, а в этом движении от непринятия себя к поиску спокойствия и безопасности.

***

Я был непутевым ребенком, плохо учился, постоянно сидел на задней парте и писал песни в тетрадку. Ко мне хорошо относились одноклассники, но общался я больше с девочками, поэтому дети из других классов дразнились, что я педик.

Что мне нравятся мальчики, я понимал лет с 12, но для себя решил, что хочу быть маскулиным геем. Чтобы все говорили: «Ты такой крутой, ты такой мужественный, ты так не похож на остальных геев!»

В 14 лет я даже хавал «Виагру» в расчете, что я прижмусь к девочке, у меня встанет и она разболтает всем: «у Гриши на меня стояк — он не гей». Оказалось, так не работает: я прижался — а стояка не было.

Вебкам

Я очень боялся армии и поступил в универ ради отсрочки. Но учился плохо и меня отчислили. Я испугался, что сейчас меня заберут, и стал искать, где заработать быстро денег, чтобы откупиться. Вбиваю в гугл: «Где быстро заработать деньги», листаю пару страниц — натыкаюсь на вебкам.

После школы у меня были отношения, но они уже разваливались, все шло к расставанию. Отчасти назло бывшему я решил пойти в вебкам. Устроиться туда было несложно, я нашел контакты тоже через гугл. Я работал в двух студиях, обе — в центре города, на центральном проспекте.

На вторую я пришел после расставания. Я запускаю трансляцию на вебкам-сайт, а сам грустный, чуть не слезы, слушаю грустные песни Кэти Перри. Я зарабатывал чисто этим: чуваки заходили в приват, это когда только ты меня видишь и платишь за это, спрашивали: «Расскажи, что с тобой случилось?» И мне реально с одной стороны хреново, с другой — я понимаю, что зарабатываю деньги. И я начинаю: «Меня бросил парень, меня держат в сексуальном рабстве…» И чувак еще слушает и говорит что-то из разряда: «А покажи сисю!»

Наркотики

Я работал в ночные смены. Один админ увидел, что меня уже не берет кофе, и предложил «взбодриться». У него были спиды и амфетамин, он говорил, что эти наркотики не вызывают привыкания. Может, для него это и не было проблемой, но для меня стало.

Проработал я где-то полгода, а потом стал мучаться вопросами из разряда: «хочу, чтобы меня ценили не за красоту, а за мою душу». Мне двадцать лет, я пришел работать в вебкам и удивляюсь, что людям плевать на мою душу — ну дурак же!

Я ушел из вебкама и с тех пор работал в основном в общепите. В одном из баров, где торчали 50% сотрудников, мне рассказали про онлайн-магазины наркотиков и я очень быстро подсел.

Начиналось все довольно весело: я мог трое суток провести за компом и писать музыку. Я отработал в баре смену, вернулся домой в полночь, сажусь писать музыку — мне больше ничего не надо. А в конце пришло к тому, что мне нужны были наркотики, чтобы встать с кровати и убрать кошачий лоток.

ВИЧ

Когда я разошелся с первым бывшим, которого любил, я решил: нахуй вообще эти мужики, не хочу больше никого любить, хочу, чтобы меня любили. И встретил такого: супер-токсичный, супер-абьюзивный, но он за мной очень красиво ухаживал, дарил телефоны, шмотки классные.

Но я его не любил и в какой-то момент пошел на сторону. Он это спалил, когда рылся в моем телефоне. А он врач, поэтому говорит: «Иди, проверяйся». Я пошел к его знакомым, сдал тесты — мне выдают: «ВИЧ-положительный». Я подумал, что это он меня проучить решил. Но потом все клиники, куда я ходил, в том числе анонимно — везде плюс.

Помню, в какие-то моменты стоял под душем и ревел: «Это все сон, пожалуйста, разбудите меня!»

Он поступил с одной стороны красиво, сказал: «Я рядом, все будет хорошо». Но с другой… Я навсегда запомнил момент: мы смотрели документальный фильм про человека, который из-за аномалии выглядел уродливо, и он говорил там, как ему сложно, как он хочет, чтобы какая-то девушка увидела его душу, вообще посмотрела на него. И этот мудила поворачивается на меня и говорит: «Цени, что я рядом с тобой». А я был с ним частично согласен. Я вбил себе в голову, что меня нельзя вот такого любить «грязного».

Блиновская

В 2019 году я работал в баре на Рубинштейна, сдружился с девчонками, мы вместе в туалет бегали нюхать. А я пока употреблял, начал увлекаться прям люто психологией, астрологией, дизайном человека. Я искал по гороскопу, где у меня там указаны наркотики — и многое сошлось.

И на этой волне кто-то из девчонок говорит: есть такой марафон, там женщина учит, что надо делать, чтобы твои желания сбывались. Я вообще ничего не слышал ни про Блиновскую, ни про эти ее марафоны, но сказал: «Поехали!»

В свое оправдание скажу, что я тогда люто торчал. Но вообще могу сказать, что не пожалел. Я помню, там надо было составить список этих желаний, и у меня было: хочу бросить наркотики, хочу писать музыку без наркотиков, хочу хорошее здоровье, дом в Испании и мужа, которого я буду любить и который меня будет любить». По сути, сбылось все, кроме мужа и дома. Находясь в том состоянии, в каком я тогда находился, я даже не думал о будущем, а здесь хотя бы сформулировал и начал что-то потихонечку делать.

Выздоровление

Потом я влюбился в парня, который тоже оказался наркоманом. И изначально я искал помощь для этого парня, потому что думал, что у меня проблем нет. То есть вот у него проблемы, а я хочу быть с ним, поэтому нам надо перестать употреблять.

Нашел группу Анонимные Наркоманы, стал туда ходить. И со временем смог уйти от этого парня и перестать употреблять.

Первый год я ничего не делал, не писал музыку, потому что был убежден, что могу создавать только под наркотиками, а без них я ничего из себя не представляю. Потом оказалось, что нет — просто нужно было время, чтобы прийти в себя, окрепнуть головой и понять, что наркотики были вспомогательной частью.

Началось все с заметок в телефоне, каких-то аранжировок. Во время наркотического опыта я боялся терять время, одна из причин, почему я употреблял — чтобы быть максимально продуктивным. А тут я решил: даже если я буду какую-то песню писать несколько месяцев — пусть, не буду себя торопить.

Эмиграция

Когда началась война, у меня многие друзья разъехались и я понял, что мой маленький безопасный мир распадается.

В мае друг-музыкант пригласил выступить на разогреве на его концерте. И я спел песню про гейскую любовь, что я люблю парней. Я пел ее с закрытыми глазами. Никаких проблем не было, все похлопали, но я подумал, что я больше не хочу смотреть в пол. Потом стали форсить закон о полном запрете «пропаганды ЛГБТ». Я только пришел к тому, чтобы петь о том, что я гей, перестал этого бояться — а тут, блять, война и это.

Я вспомнил, что у меня знакомый по одному из прошлых баров живет в Мадриде, и позвонил ему. Оказалось, у него как раз была вакансия в баре и он пригласил переехать. Я смог получить документы и приехал работать у него.

Сейчас я работаю в баре, не пью, не употребляю, пытаюсь не курить и занимаюсь музыкой. Начал работать над своим блогом в инстаграме, он по чуть-чуть растет. Я хочу выпустить музыкальный гей-альбом для наших людей. В какой-то момент я себя поймал на том, что у русскоязычных геев не так много своей музыки. У нас был Оскар, который «Между мной и тобой», Тату, Борис Моисеев — а больше я не знаю ничего. Может, сейчас что-то появляется, что я не вижу просто.

И я поставил себе цель, раз я переехал и нахожусь в творческой безопасности, я хочу сделать альбом для наших мальчиков, чтобы если кому-то будет тяжело, то он мог послушать и просто знать, что он не один, что где-то далеко есть такой Гриша, который тоже написал про любовь к парню — и значит, с тобой все в порядке.

Альбом называется GAYPOP. В плане материала я его уже завершил, сейчас бодаюсь с сайтами дистрибуции, чтобы это было доступно на площадках в России. И я сейчас вожусь с тем, чтобы сделать максимально безопасные обложки для Яндекса и «ВКонтакте».