Стамбул для любого гея — это подарок судьбы!
Положение ЛГБТ в России точно хуже, чем в «недружественных» Европе и Америке, но что насчет «дружественных» стран?
Владимир (имя изменено) уехал из России после Чемпионата мира по футболу в 2018 году и с небольшим перерывом прожил за границей до 2024-го. За шесть лет он сравнил гей-жизнь в довоенной России, Китае, Турции и России военного времени — и собирается снова уезжать.
Я родился в Пскове в семье, где знали, что геи существуют — они были среди знакомых моих родителей. Когда лет в 13 я понял, что я гей, то как-то признал это в себе. Я понимал, что об этом не стоит никому рассказывать, можно по пальцам пересчитать знакомых, которым я сказал.
В 18 лет я уехал в Санкт-Петербург и там уже особо не скрывал. А в 20 рассказал родителям. Мама сказала: «Ты думаешь, я слепая и не замечала?» А папа спросил, кто еще из семьи знает. А он был последний, кому я рассказал.
В Питере я случайно нашел друзей-геев тоже из Пскова. Я установил Hornet и получил доступ ко всем геям Петербурге! Это были 2013–2014 годы, мини-рассвет всего на свете, было безумно легко знакомиться. Хотя тогда приняли закон о запрете «пропаганды» среди несовершеннолетних — меня тогда это вообще не касалось, я ведь уже вырос, общаюсь с людьми 18+, на них это не распространяется.
Самым лучшим был 2018 год, когда был Чемпионат мира по футболу, мне вообще казалось, что все, сейчас Россия станет то ли Гонконгом, то ли Барселоной. Все люди на улицах были добры, доброжелательны, все были веселые, полиция была полицией — они действительно просто следили за порядком, а не мешали, они не вызывали чувства, что надо сваливать. Весь центр был каким-то невероятным с этими бразильцами, португальцами, испанцами, всеми, кто здесь был.
Это был лучший Tinder за все время! Заходи, ставь плашку, что знаешь английский и ту-ду-дум — мэтчи пошли!
Я тогда уже знал, что уезжаю в Китай. В 2017 году я ездил как турист в Гуанчжоу, мне там понравилось и я подумал: было бы круто сюда приехать пожить. Тем более я учил китайский в школе с репетитором — он, конечно, «выветрился», но было легко восстановить. И у меня был знакомый, который жил в Шанхае и работал учителем английского. Тогда это была супер-тема: если ты знаешь английский и выглядишь как европеец — можно поехать в Китай зарабатывать большие деньги, просто играя клоуна на английском с детьми. И мне повезло, что в 2018 году, когда я закончил университет, у него в компании, где он работал, было вакантное место и меня взяли.
Шанхай — это экономический и финансовый центр Китая, это супер-развитый город, там огромное количество экспатов, много клубов и в том числе гей-клубов, которые принадлежат экспатам.
В Китае нет никаких законов против геев. Конечно, если на тебя нападут по поводу твоей ориентации, то нет закона, который тебя защищает как гея. Но есть закон, который тебя защитит, если тебя ударили. При этом отношение людей, особенно в больших городах — «Да пожалуйста!»
Шанхай был для меня еще одним глотком свободы. В гей-комьюнити помимо местных было много экспатов со всего мира, и когда ты часто тусуешься, то появляются знакомые и компания.
Самая крутая вечеринка была, когда к нам пришел гей-круиз. Это был такой круиз, который шел по Азии, был в Японии, и вот Китай. И когда они прибыли в Шанхай, они устроили вечеринку в коллаборации с местными организаторами прямо на набережной. Я пришел туда, а там просто нереальные какие-то дэддики, медведи, все супер-ухоженные, полнейшее Эльдорадо! И участники этого круиза между собой друг друга знали, а тут появляются внешние люди и им интересно знакомиться, спрашивать, как мы тут живем, я чувствовал себя звездой на этой вечеринке.
Я только первый год жил в Шанхае, а потом мне предложили работу на лучших условиях в городе Фучжоу, где никакой тусовки уже не было. Это по китайским меркам маленький город, но он размером как Питер. Мне было круто, что я посмотрел, как живется в Шанхае среди экспатов, а теперь была возможность и денег больше заработать, и пожить в более теплом климате, и посмотреть реально китайскую жизнь.
В Фучжоу я застал конец 2019-го, когда уже начала появляться информация о том, что какой-то вирус появился, в январе уже Ухань горел, его начали закрывать. Мы на один месяц перестали работать и я временно поехал в Россию. Надо мной еще все ржали, когда я рассказывал, что в Китае все плохо, города закрывают — ржали, но в Питере в аптеках уже не было санитайзеров для рук и масок.
Я успел вернуться в Фучжоу до закрытия границы, посидел дома на карантине, сдал анализы, был чист. Начались локдауны везде, мы работу перевели в онлайн. Причем нам, кто прошли карантин, выдали зеленый QR-код, который мы везде могли показывать и ходить, я ходил на работу в офис, сохранил всю свою зарплату, ничего не потерял. Я был счастливчик, потому что моим друзьям в Шанхае так не повезло, они сели дома, работы не было, оплачивать жилье было нечем.
В 2021 году из-за бюрократических проблем я не смог продлить рабочую визу и единственным вариантом было вернуться в Россию и податься на визу заново. Это было постпандемийное время, китайское консульство плохо принимало: я приехал в мае, а записаться смог только на конец августа. Компания не могла держать мое место вакантным четыре месяца, да и я столько без работы сидеть не хотел. К тому же преподавание — не совсем мое, я и так собирался в 2022 году уходить, так что, может, сложилось даже лучше.
Я приехал в Россию и мне казалось, что ничего в принципе не изменилось: «Центральная станция» есть, «Устрица» есть (обе закрылись в 2023–2024 годах на фоне признания ЛГБТ «экстремистской организацией — прим.). Но после жизни за границей я понял, что Россия — это не моя страна, я не хотел оставаться и искал работу, на которой можно было бы дистанционно работать и путешествовать по миру.
Я нашел работу в IT-стартапе и начал работать в расчете переехать с этой работой в Таиланд. Наступил 2022 год и начался этот «спец-пиздец». Компания в первые дни объявила о релокации российских сотрудников, потому что стартап работал на международный рынок и было непонятно, что будет с интернетом, блокировками, платежами и так далее. И мы дружно переехали в Турцию.
Стамбул для любого гея — это подарок судьбы. Для меня это был удивительный опыт в хоть и либеральном и светском городе, но все-таки религиозной страны, где множество мечетей, где много людей покрытых, везде читают Коран, ты слышишь молитвы. И в центре города на площади, не знаю, сто метров пять или шесть гей-клубов, причем один из них ровно напротив мечети.
То есть в стране, где есть определенный прессинг со стороны религии, со стороны законов, где Эрдоган выступает против ЛГБТ, где многие мусульмане радикалы, где районы гетто с мигрантами из Сирии, Ливии, и кажется, что гею немного некомфортно может быть, по факту люди чувствуют себя спокойно. Да, они не выходят с транспарантами, не кричат, но при этом есть прямо гей-кофейни, гей-сауны, есть гей-такси, где таксист будет геем и можно поболтать. Для меня стало открытием, что это можно как-то совмещать.
После Турции мы поехали на Бали, там тоже было очень круто все. Там никто не будет относиться к тебе странно, если ты гей, потому что там есть покруче люди, которые думают, что они зефирки, чебурашки, которые открыли третий, четвертый, пятый глаз, и на их фоне гей — нормальный, адекватный человек, слава богу, что ты гей. Я опять себя чувствовал безумно свободным.
Но потом совпали семейные проблемы и банкротство стартапа и я вернулся в Россию. Я ехал в определенной панике, не только связанной с ЛГБТ, но в целом — Z-плакаты, СВОшники, много чего говорить нельзя, реально есть люди, которые это поддерживают. У меня были ощущения как в Гарри Поттере, когда Хогвартсом руководил Северус Снейп: веселиться нельзя, тусоваться нельзя, ничего нельзя.
В Стамбуле, Шанхае, на Бали я привык к адекватному онлайн дейтингу, когда если ты не хочешь оставлять цифровой след и отправлять фотки, то встречаетесь на 15 минут за кофе. Но тут все очень плохо с дейтингом. Люди боятся, скрываются, никому не доверяют. И очень много гоустинга или троллинга, когда мы договорились о встрече, я уже на подъезде, буду через 15 минут и человек полностью удаляет переписки везде. Из ста чатов я встретился только с тремя. Поэтому я удалил Hornet.
Я считаю, что если ты гей, то жить честно в России ты не можешь, поэтому я поступил на заочную учебу и сейчас ищу удаленную работу, чтобы снова куда-то уехать.